ЛичностиВ 1920-е годы Баку вдруг сделался поэтическим городом. Поэты приезжали сюда на гастроли или погостить и оставались на месяцы, а то и дольше... Всю жизнь Велимир Хлебников был скитальцем: Петербург, Киев, Астрахань, Таганрог, Царицын... Хлебников поселяется в Баку в октябре 1920-го, а апреле 1921-го он уже в Персии.
В разложенной на даты жизни Хлебникова в Баку отдельным пунктом стоит его запись в дневнике: «Самородов дал обмотки и ботинки». Пытаясь разобраться в жизни Хлебникова, мы видим не его самого, а только людей, помогавших ему: Маяковского, который пытался издать его книги, Вячеслава Иванова, Крученых, привечавших его. Хлебников ускользает. Представить его реально существовавшим – примерно то же самое, что представить живым человеком Иисуса или Пророка Мухаммеда.
Хлебников и сам считал себя пророком. Писатель Александр Иличевский, посвятивший ему роман «Перс», говорит: «В Персию Хлебников шел как пророк; он хотел исполнить себя не как футуристический поэт, а как пророк в той местности, где религиозное чувство живо». Первого сентября 1920 года Хлебников приехал на Съезд народов Востока в Баку из Харькова, где лежал в психбольнице, избегая призыва в армию Деникина. После этого съездил в Армавир и Дербент, а в октябре вернулся в Баку и стал служить в «БакКав Роста» – там же тогда работали Крученых и другие поэты. Поселился Хлебников в Морском общежитии на Баиловской улице. Вячеслав Иванов говорил своему ученику Альтману, что «от Хлебникова пахнет святостью». Сам Альтман вспоминает, что Хлебников произвел на него странное впечатление: «С длинными нечесаными волосами, со спутанной бородой, высокого роста, он показался сразу же особенным. Было что-то в нем детски трогательное; среди всех кругом него выпячивающих себя Хлебников один был воплощением начала полного забвения себя. В сравнении с ним толстовский Платон Каратаев мог бы показаться человеком с претензиями...»
Хлебников стал лектором в Политпросвете Волжско-Каспийской флотилии. Он не только читал лекции об истории социалистического движения, но и сделал доклад на самую важную для себя тему – «Опыт построения чистых законов времени в природе и обществе». Именно в Баку Хлебников открыл свой «основной закон времени»: «Во времени происходит отрицательный сдвиг через 3n дней и положительный – через 2n дней; события, дух времени становится обратным через 3n дней и усиливает свои числа через 2n дней». Интересно, что поняли слушатели матросского университета «Красная звезда», если специалисты по Хлебникову до сих пор пытаются объяснить эту формулу?
Живя на грани гениальности и сумасшествия, он совершал поэтические подвиги – как еще назвать поэму «Разин», в которой каждая из 400 строк является палиндромом (одинаково читается с начала и конца)? Сложно представить себе публикации трудов и стихов Хлебникова в журнале «Военмор» и газете «Коммунист», но они были. Баку был к поэту очень гостеприимен, но тот стремился дальше, в Персию. И, в отличие от Есенина, ему это удалось.
Очана-мочана, Все хорошо! – Ок! Это дервиш, Это пророк. Просит пушинкой, Море поет: вечная память Тухлым собакам, мертвым сомам И событьям. На скатерти песков Провидцам, пророкам, собакам Разложен обед: соленая икра. Шамай! Садись! Дети пекут улыбки Жаровнями темных ресниц И бросают прохожим. – Гуль-мулла! – крикнули мне. – Садись, гуль-мулла, – перевезу! Говорил: – я-я! – темнолицый и поднял весло. Я сел. Я знал, что меня так зовут Здесь, в Энзели, Где я – урус дервиш.
Эти стихи написаны в Персии, в 1921-м. Хлебников участвовал в походе Персармии, был домашним учителем ханских детей, познакомился с дервишами, которые приняли его за своего, – но это уже совсем другая история.
