ЛокацииКаждый великий город должен иметь свое вино. Оно хранит память, как лучший аналоговый носитель. А чем живет город, если не памятью?
БАКУ
Такие моменты запоминаются. Ресторан на открытой террасе, ясное вечернее небо, прямо напротив – Девичья башня, чуть дальше – море, в закатный час настолько спокойное, что кажется недвижимым; не спеша идут люди по набережной... Красивый бокал с красным вином задает настроение вечеру.
Так в Баку мы впервые распробовали вина Гянджи. Атмосфера и антураж все-таки много значат для знакомства с вином – впрочем, разве не решают эти два внешних фактора судьбу и других наших встреч?
Слово «сомелье» в Азербайджане пока еще не прижилось. Серьезная работа с вином в лучших ресторанах Баку началась совсем недавно. Но тот молодой и внимательный официант из ресторана Open Space, что настойчиво рекомендовал нам каберне из Гянджи, выполнил работу сомелье на «отлично». Вино не просто залило жир котлет (это говоря словами Пушкина, а на самом деле был кебаб), но настроило нас на неуловимую волну вечернего города. Пропитанный нефтью и йодом бакинский воздух смешал свои ароматы с вином, и танин каберне зазвучал так же бархатно, как плеск волн.
«Пропитанный нефтью и йодом бакинский воздух смешал свои ароматы с вином»
ШЕМАХА
Глядя из окна машины на пустынный холм, трудно представить, что когда-то здесь был виноградник. Шемахинский район в его лучшие годы считался одним из главных регионов виноделия Азербайджана. Лозы здесь, как говорят, покрывали пространство от дороги до горизонта. Слава о местных сортах, и в первую очередь о красной «матрасе», разлетелась по многим странам. Потом была трагическая для виноделов антиалкогольная кампания 1985 года, а потом – еще более трудные годы, когда на восстановление виноградников не хватало ни денег, ни энтузиазма.
Сегодня, чтобы найти виноградники в районе Шемахи, придется поездить на внедорожнике. Но в награду за потраченное время и неровность дороги путешествие обещает дух приключений и всю полноту ощущений первооткрывателя.
Там, где машина по склону идет осторожно, пытаясь не застрять в колее, лучше выбраться и пройти несколько сотен метров пешком. Удаленность от трассы гарантирует тишину и прозрачность воздуха. Прислушайтесь: из-за холма, снизу, слышен гомон тысячи птиц – значит, виноградник именно там. Сделайте глубокий вдох и почувствуйте запах сгоревшей под солнцем травы, отцветающих мелких цветов и нагретых за лето камней. Таков аромат терруара – шемахинской гарриги, и его мы должны распознать в здешних винах.
Виноградарское хозяйство Метлиба Шебанова было первым на нашей винной тропе. Здесь, на сотне гектаров ухоженных лоз, мы впервые увидели «матрасу». Сорт, прославивший Шемаху и дающий именно здесь лучшие результаты, начали возрождать лишь недавно, в начале 2000-х годов. Кагор «Шемаха» советских времен, даже если вы его помните, вряд ли даст представление о реальных возможностях сорта.
Ажурным узором листа и формой грозди «матраса» немного напоминает «каберне-совиньон», но вызревает чуть раньше. Если виноград собран вовремя и переработан без грубого обращения, вино получается бархатным, умеренно терпким, с приятным ягодным ароматом и той самой пряностью сушеных трав, которые растут на окрестных холмах. По крайней мере, таким нам показалось вино, которое дал продегустировать великодушный хозяин Метлиб муаллим. Своих мощностей по переработке у него пока нет, поэтому закатанный в трехлитровую банку дегустационный образец иначе как опытом микровиноделия не назовешь. Однако, пропутешествовав с нами несколько дней по не всегда идеальным дорогам, домашнее вино выдержало дегустацию на «отлично» и прекрасно раскрылось в бокале.
После маленькой фермы наш путь лежал через бескрайний простор, который осваивает компания «Азграната». На лежащих к югу от Шемахи холмах здесь на сотне гектаров растут и дают свои первые урожаи четырехлетние лозы «саперави» и «ркацители», еще 100 гектаров заняты лозой-однолеткой и еще почти столько же подготовлены под посадку на следующий год. Компания только что открыла свой винный завод, способный выпускать пять тысяч тонн вина и пять тысяч тонн сока в год. Но чтобы попасть на него, требуется долгое согласование, а жесткий график винного тура не ждет – нам пора в Габалу!
ГАБАЛА
Северный склон холмов габалинской долины не создает для винограда проблемных условий. Здесь достаточно солнца, и бороться скорее приходится за необходимую кислотность – гарантию долголетия и свежести вин. Правильно выбранная высота над уровнем моря – от 600 метров и выше – помогает сохранить последнюю.
В высадке лоз, принадлежащих габалинскому объединению Qabala Sarab (бренд QS), принимали участие иностранные специалисты. Правда, приходится только догадываться, как они понимали друг друга с местными агрономами. По поводу того, насколько таблички с обозначениями сортов соответствуют собственно виноградным кустам, специалистам время от времени приходится спорить. Однако не признать отличного состояния лоз, при всем их многообразии (от «пино нуар» и «гренаша» до «саперави» и «александроули»), было бы несправедливо.
Габалинский завод не имеет собственной первичной переработки и предназначен для разлива. Задачу объединить производственный цикл можно считать ключевой для предприятия. Однако уже сейчас выпускаемые здесь вина и коньяки радуют вкус подготовленного ценителя. «QS Шагдаг» из стопроцентной «матрасы» сегодня можно считать лучшим воплощением этого редкого, но достойного сорта в серийном столовом вине. А серия выдержанных коньяков Gold Baku (десятилетний ХО и особенно шестилетний Hayat) подкупает не только грамотным современным дизайном, но и элегантным сложением аромата. Опыты с белым вином пока оставляют простор для развития, хотя сладкий мускат от QS должен понравиться даже яростным скептикам.
ШЕКИ
Имея славу гастрономического оазиса, город Шеки не имел морального права не выпускать своих вин. Временная историческая несправедливость устранена этой осенью – в присутствии почетных гостей здесь открылся завод ООО «Агроинвестком» (торговая марка Celebi Sarab). Абдулали Ахундов, директор предприятия, обходит с нами свои владения с гордостью. Все оборудование итальянское, самое новое, только что смонтированное и готовое к приему первого урожая. Здесь на три тысячи тонн емкостей разливная линия на три тысячи бутылок в час и возможность перерабатывать десять тысяч тонн винограда в сезон.
Среди блеска нержавеющей стали, воплощенной современными промышленными дизайнерами в футуристические формы огромных цилиндров и труб, мы чувствуем себя гостями новой космической станции. Скоро сюда начнут пристыковываться челноки с ценным грузом, который усилиями современной науки превратится в вино. Вино, которого еще не было в Азербайджане. Концентрированное, экспрессивное, тельное, но облагороженное элегантностью, сочное ровно настолько, чтобы соблазнить новое, избалованное европейским вином и потому очень требовательное поколение потребителей.
Винзавод наших дней больше не пугает скрежетом шнековых прессов и гигантскими ржавыми пятнами на испорченных коррозией емкостях. В руках новых хозяев он являет собой образец чистоты и порядка и скорее похож на секретный объект неизвестной нам цивилизации. Технолог входит на его территорию, будто в храм индустриального знания, еще не до конца открывшего свои тайны, но достойного преданного и смиренного служения.
На таком предприятии вина каждого нового урожая вызывают удивление и интерес. Абдулали Ахундов предлагает нам экспериментальный образец своего саперави, как будто только что извлек его не из бродильного чана, а из Большого адронного коллайдера. Мы дегустируем, и приходится согласиться, что при таких темпах развития большого взрыва в азербайджанском виноделии не избежать.
«Ажурным узором листа и формой грозди «матраса» напоминает «каберне-совиньон», но вызревает чуть раньше»
ШАМКИР
Шамкир оказался самым удивительным городом нашего винного путешествия, а завод «Шарг Улдузу» – самым удивительным винным хозяйством. Все, что мы видели до сих пор, носило экспериментальный характер или требовало доработки. Здесь же, на 110 гектарах земли, расположенных непосредственно перед заводом, как если бы это был бордоский шато, ровными рядами растут уже зрелые лозы, и увлеченный вином хозяин Аскер Алырзаев вместе с технологами уже не первый год колдует над чанами и дубовыми бочками. Результат – безусловный успех, подтвержденный медалями конкурсов и отзывами винных критиков. Именно «Шарг Улдузу» стал триумфатором прошлогоднего московского винного соревнования, и его две бутылки не поленился увезти с собой на туманную родину почетный гость, винный эксперт Роберт Джозеф.
Это было первое на нашем пути хозяйство, у вин которого читался фирменный стиль – пусть по-южному темпераментный, но предопределенный родным терруаром и осмысленный думающим виноделом. Саперави здесь, на гравийных почвах, пусть и не дает такой силы танинов, как в Алазанской долине, но привлекателен своей фруктовостью и интригует минеральностью в окончании. Шираз просто великолепен и позволяет надеяться на развитие с возрастом. А ркацители и баян шира, по всей видимости, неслучайно обнаруживают больше сходств, чем различий в характере, неожиданно комплексном и структурном. «Будет ли в этих условиях матраса так же хороша, как шираз? – размышляет вслух Аскер Алырзаев. – Наши земли беднее каштановых почв Шемахи, но попробовать можно».
Аскер Алырзаев – уважаемый человек, и не может не радовать, что виноделие в Азербайджане становится привилегией, статусным бизнесом. В авторитетности хозяина мы могли убедиться во время ночной фотосъемки на виноградниках. Сюжет требовал, чтобы ряды лоз были освещены только луной и звездным небом, а в кадр попадало горящее ночными огнями село. «Если хотите, я могу попросить, чтобы минут на 15 здесь стало темнее», – предложил наш любезный хозяин. Мы оценили его великодушие, но вежливо отказались.
«Здесь, на 110 гектарах земли, расположенных перед заводом, ровными рядами растут уже зрелые лозы»
ГЯНДЖА
Трудно сказать, что сложнее: начать все с нуля или попробовать сохранить производство в условиях, когда мир вокруг рушится. Руководству Второго гянджинского винзавода удалось сделать последнее. Они сохранили штат специалистов, когда уже нечем было платить зарплату, и не стали распродавать оборудование, когда на нем нечего было перерабатывать.
Сегодня этот завод лидер винодельческой индустрии Азербайджана. Выпускать настолько качественные вина при таком же объеме продаж в республике пока не может никто. Его вина вы найдете и в Шеки, и в Шамкире, и в Габале, и в Баку. Они есть и в Москве, хотя след их теряется в бездонном московском море вин всех времен и народов.
На заводе мы продегустировали несколько замечательных образцов разнообразных вин и дистиллятов, которые уже встречались нам за время путешествия по Азербайджану. В очередной раз оценив их достоинства, мы покидали завод с ощущением, что в скором времени Гянджа наверняка постарается взять новую высоту – по крайней мере, нас звали сюда через год, чтобы мы нашли здесь для себя что-то новое.
Удивительное свойство вина – соединять в сознании не только точки на карте, но и даты календаря. Теперь придется выстраивать мост через зиму, чтобы спланировать себе новый винный маршрут.
